у тебя на поясе. Сними их и надень своему напарнику на руки!
- Мне? - ошарашенно спросил второй.
- Да-да, тебе! - Снова заорал Холзи. - Давай!
Первый поспешно снял наручники с пояса и защелкнул их на запястьях
напарника. - Отлично. А теперь мы поедем покататься. - Уже более
спокойно сказал Холзи.
И что ты будешь делать с ними? На кой черт очи тебе сдались? Бросишь
где-нибудь по дороге? Они сразу же сообщат, где ты и куда направился.
Ну?
ВСЕ ПРОСТО, ХОЛЗИ.
БАНГ.
И ПРОБЛЕМА РЕШЕНА.
ПРОСТО И БЫСТРО, - зашептал ему вкрадчиво голос Райдера.
Ну неужели нет НИКОГО, кто мог бы помочь мне? Поверить в кровавого
ПОПУТЧИКА?
ПОПРОБУЙ.
ХОЛЗИ!
- Вы двое сядете на переднее сиденье, а я - на заднее. Открывай
двери, - сказал он первому. Тот послушно открыл двери и в глаза Холзи
бросилась надпись: "СЛУЖИТЬ И ЗАЩИЩАТЬ".
Так и казалось, что она написана здесь специально, чтобы поиздеваться
над ним.
ОНИ ИЩУТ УБИЙЦУ И ЛОВЯТ ТЕБЯ, ТЫ ГОВОРИШЬ ИМ, КТО ОН, ОНИ ДУМАЮТ.
ЧТО ТЫ - СУМАСШЕДШИЙ. СЛУЖИТЬ И ЗАЩИЩАТЬ.
ОНИ НЕ МОГУТ ЗАЩИТИТЬ МЕНЯ, ТОГДА ПУСТЬ ПОЙМАЮТ ПОПУТЧИКА.
- Ты, - он кивнул второму, - в машину, быстро! Ты и я, - первому, -
сядем вместе. Одновременно. Понял? - Второй, наконец, забрался на
переднее сиденье. Первый кивнул. - Приготовился. Пошел. - Они медленно
синхронно селив машину.
- Закрывать дверь? - спросил первый.
- Закрывай. А теперь заводя машину и поехали к шоссе. И не делай
лишних движений.
Первый осторожно включил зажигание и плавно тронул машину. Не хватало
еще, чтобы ему что-нибудь показалось, и он спустил курок. А теперь
парень, похоже, на таком взводе, что испугается даже бурчания в
собственном животе. Черт, это плохо. Это просто хреново.
Я ведь говорил этому толстому дураку, давай пристрелим его - и все
дела. Нет же... Теперь допрыгались. Везет нас хрен знает куда. Ладно,
если живыми отпустит, а то ведь с него станется. Две пули в башку - и
все. Встречай у ворот.
- Центральная вызывает шестерку. Шестерка, ответьте Центральной.
- Слушаю, Центральная. Я - шестерка.
- Что у вас?
- Ни хрена. Этот ублюдок как сквозь землю, провалился.
- Патрулируйте тот же участок. Как поняли?
- Понял, Центральная. Отбой.
СЛЫХАЛ.
ХОЛЗИ?
ЭТО ТЕБЕ!
Холзи постучал "кольтом" по плечу первого.
- Ты можешь вызвать кого-нибудь по этой штуке? Кого-нибудь из
начальства?
Первый подумал.
- Я могу попробовать соединиться с капитаном Эстриджем.
- Давай, - согласился Холзи. - Только не говори, где мы.
Первый кивнул. Он взял микрофон и нажал на кнопку "вызов".
- Центральная! Центральная... - треск. И вдруг громкий женский голос:
- Центральная слушает. Кто на связи?
- Говорит.. - начал было первый, но тут же почувствовал на затылке
ствол пистолета.
- Я тебе сказал, ничего не говори. - Прозвучал за спиной нервный
голос.
- Да, я понял. - Первый кашлянул, чтобы прочистить горло. -
Центральная, говорит одна из патрульных машин.
Мы похищены под угрозой оружия. Похититель - человек, подозреваемый в
массовом убийстве. Он хочет поговорить с капитаном Эстриджем.
После длинной паузы голос Центральной ответил:
- Хорошо. Мы постараемся найти его.
Холзи замер. Сейчас все будет зависеть от этого незнакомого ему
человека. Поверит ли он Холзи?
И сумеет ли Холзи убедить его?
- Внимание!
Говорит капитан Эстридж. Как меня слышите?
Прием. - раздался в динамике глубокий жесткий голос. Полицейский
передал микрофон Холзи.
- Капитан, говорит Джеймс Холзи. Что говорить? Какие подобрать слова,
чтобы этот человек поверил ему? Не счел бы его рассказ бредом
сумасшедшего? - Холзи вобрал воздух в легкие и на мгновение задержал
дыхание, пытаясь отключиться от всего постороннего и полностью
сконцентрироваться на том, что он скажет сейчас. - Послушайте, капитан.
Я клянусь, что не убивал этих людей. - Патрульные переглянулись. - Меня
подставил парень, которого я подобрал по дороге. ПОПУТЧИК. - Холзи
старался говорить ровной спокойно, хотя сердце билось в три раза чаще
обычного.
Эстридж помолчал.
- И что ты собираешься делать?
- Это уж Вы мне скажите, что мне делать. - Холзи ждал. Поверит или
нет?
- Останови машину.
- спокойно ответил Эстридж. - Немедленно. Отпусти наших людей и
сдавайся.
- Но у меня нет документов. Никто не может подтвердить, кто я такой,
- с сомнением сказал Холзи.
- Сдавайся, - так же спокойно повторил капитан, - и я тебе обещаю, с
тобой ничего не случится. С тобой обойдутся по справедливости. Это Я
обещаю тебе твердо.
ОН ВЕРТИТ МНЕ.
ОН МНЕ ВЕРИТ Я!
Холзи вздохнул с облегчением.
- Хорошо, капитан. Я сдаюсь. Я доверяю Вам, капитан.
"Отлично, - думал второй. - Здорово Эстридж оправдал этого говнюка.
Но пусть он только снимет с меня наручники. Я отделаю этого ублюдка так,
что он забудет, как его зовут и где он родился. Я удавлю эту мразь
собственными руками. Я..." - дальше додумать он не успел, потому что
пуля, выпущенная из "специального полицейского" 38-го калибра, попав ему
в голову чуть выше уха, снесла полчерепа и бросила тело на дверцу.
Холзи закричал от ужаса, когда увидел рядом черный
бок"джипа-интернейшнл".
Он видел, как Райдер прострелил голову второму патрульному и Тот, не
успев даже вскрикнуть, завалился на.
Бок. Следующий выстрел разнес лицо полицейскому, сидевшему за рулем.
Машина тут же вильнула и понеслась на обочину. Мертвая нога надежно
вдавила педаль газа в пол. "Джип" заревел, моментально набрал скорость и
стремительно ушел вперед. Холзи привстал и, перегнувшись через кровавое
месиво, секунду назад бывшее головой, вцепился в руль. Машину бросало на
ухабах, и месиво тыкалось Холзи то в руки, то в грудь, то в подбородок,
вызывая приступы тошноты. Он, наклонившись ниже и почувствовав, как
локти погружаются в серо-кровавую массу, вцепился пальцами в залитую
кровью штанину и стянул ногу патрульного с педали. Мотор, фыркнув
последний раз, заглох, и машина, пролетев по инерции еще десяток метров,
остановилась, подняв облако пыли.
Холзи вывалился из машины и побежал прочь на ослабевших ногах. Его
била истерика. Он бежал по обгоревшей от зноя земле, и слезы стекали по
щекам на окровавленный подбородок, срывались тяжелыми солеными каплями,
падали в эту сухую землю, принимались ей и впитывались, оставляя
маленькие темные пятнышки. Бег его становился все тяжелее, и, наконец,
ноги отказались подчиняться ему, и он рухнул в пыль, сливаясь с землей,
растворяясь в ее горячей, иссохшей плоти. Холзи попытался закрыть лицо
ладонями и никак не мог сделать этого, пока не понял, что ему мешает
зажатый в руке "специальный полицейский" 38-го калибра, как две капли
воды похожий на тот, из которого Джон Райдер застрелил патрульных.
КУДА БЫ ТЫ НИ БЕЖАЛ, ГДЕ БЫ НИ ПРЯТАЛСЯ. ОН ВЕЗДЕ НАСТИГНЕТ ТЕБЯ. ОН
ПРИДЕТ К ТЕБЕ В ЖАРКОМ ЛЕТНЕМ ПОЛУНОЧНОМ КОШМАРЕ И ХОЛОДНЫМ ЗИМНИМ ДНЕМ.
ПРОМОЗГЛЫМ ДОЖДЛИВЫМ ОСЕННИМ ВЕЧЕРОМ И ПРОХЛАДНЫМ РАДОСТНЫМ ВЕСЕННИМ
УТРОМ.
ТЕБЕ НИКУДА НЕ ДЕТЬСЯ ОТ НЕГО!!!
"Он пришел из тьмы, и спрятаться от него можно только там. Во мраке.
От него можно убежать... УМЕРЕВ!
Смерть - вот убежище, в которое не сможет проникнуть никто. И даже
ОН. Нельзя войти в одну и ту же реку дважды. И даже ЕМУ это не под
силу".
И ТАК, ВЫХОД НАЙДЕН, ХОЛЗИ.
ПУСТИ СЕБЕ ПУЛЮ В РОТ.
Холзи посмотрел на черный, отливающий металлическим блеском "кольт" и
не спеша вложил вороненый ствол себе в рот. Большим пальцем взвел курок.
КУДА ТОРОПИТЬСЯ.
ХОЛЗИ. ЭТО НАДО ДЕЛАТЬ НЕ СПЕША.
ОТЛИЧНО, ХОЛЗИ, ОТЛИЧНО.
А В ПОСЛЕДНЕЕ МГНОВЕНИЕ ТЫ УСПЕЕШЬ ПОЧУВСТВОВАТЬ.
КАК ЗДОРОВО ТО, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ.
КАК ЭТО ПРЕКРАСНО! - зашептал ему в ухо Райдер. - ДАВАЙ, НАЖМИ НА
ЭТОТ ГОВЕННЫЙ КУРОК.
И ПОЧУВСТВУЙ КАК ХОРОШО ЭТО!
Волна отвращения накрыла Холзи с головой. Мутный, грязный поток
мыслей.
"Не делай этого! - заорало его "Я". - Как же ты не понимаешь! Он
специально делает все, чтобы свести тебя с ума. Ему нужно, чтобы ты
сдался, убил себя. Ему очень нужно это! не сдавайся, держись! Ты
сильный, ты выдержишь!" Господи, неужели, действительно, он только что
чуть не убил себя? Похоже, он и правда сходит с ума, раз решился на
такое! Но что же ему делать? На кого опереться? Кто поможет ему?
У ТЕБЯ НЕ ХВАТАЕТ ДУХА ДАЖЕ НА ЭТО?
Холзи медленно, боясь ненароком сделать неверное движение и случайно
спустить курок, потянул пистолет изо рта. Он держал его, как держат
большую ядовитую тварь. Брезгливо, но сильно. В этот момент пистолет
перестал быть другом. Он стал врагом. За этот день Холзи усвоил, что по
каким-то необъяснимым причинам, все, несущее опасность, связано с
ПОПУТЧИКОМ. И он боялся. Боялся того, что Райдер сможет неведомым
образом нажать на курок.
Но ничего не произошло. Пистолет упал в пыль.
ОТЛИЧНО.
Я ДАМ ТЕБЕ ЕЩЕ ОДИН СОВЕТ. ЕСЛИ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СПАСТИСЬ, БУДУЧИ
ЖЕРТВОЙ, ТОНЕ СТОИТ ЛИ ПОПРОБОВАТЬ СЕБЯ В КАЧЕСТВЕ ОХОТНИКА?
А ХОЛЗИ?
"Отвечая насилием на насилие невозможно ПОБЕДИТЬ зло. Можно только
породить новое". - сказало его "Я".
А ТЫ ВИДИШЬ ЕЩЕ КАКОЙ-НИБУДЬ ВЫХОД? ЧЕРТА С ДВА! ТЫ ТОЛЬКО И УМЕЕШЬ.
ЧТО НЕСТИ ЭТО ДЕРЬМО СОБАЧЬЕ! A YOI ТЫ МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ?
А? ТО-ТО ЖЕ.
Холзи, стоя на коленях, слушал два, голоса, звучащие в его голове.
Его руки сами собой нащупали кольт и крепко сжали теплую рифленую
рукоять.
Автобус подобрал ее на том же месте, где оставил шесть часов назад.
Она забралась по ступенькам в его прохладное нутро, по привычке кивнув
Тому и улыбнувшись ему. Он радостно кивнул ей в ответ, но она, казалось,
не заметила этого. Нэш прошла по салону и устроилась в кресле, как раз в
серединке.
"А ведь с ней что-то случилось, - подумал Том Болтон. - Точно вам
говорю. Девчонка явно не в себе. Может кто-нибудь их посетителей обидел?
Или этот толстый бурдюк - ее хозяин - отругал? Улыбка-то фальшивая,
любому дураку за сто миль видать". - Он не мог и представить себе, что
ее подавленное настроение может быть как-то связано с этим "психом
угорелым", который сегодня чуть не закончил свою жизнь под колесами его
старичка-автобуса. Нет. Том мог думать о чем угодно, только не об этом.
И теперь ломал голову, строя различные догадки о том, что же все-таки
расстроило эту юную славную девушку.
Местный бродяга, устроившись у стойки, разглагольствовало том, какую
здоровую рыбу он вытащил вчера в местной речушке, хотя придорожному
городишке было доподлинно известно, что в речке отродясь не водилось
рыбы крупнее мелких, с палец, окуньков.
В маленьком городке со странным названием Таун-вей постоянных жителей
насчитывалось не более двух тысяч. Что касается развлечений, то их в
Таун-вей не было совсем, не считая открытого кинотеатра для
автомобилистов, и поэтому ресторанчик "У Роя" являлся для жителей неким
местным центром мироздания. Особенно оживленно становилось здесь по
вечерам, когда жители заканчивали работу на заправках, мойках, станциях
техобслуживания и в других заведениях, созданных для того, чтобы
удовлетворять все запросы н прихоти содержателей города -
автомобилистов. Здесь можно было найти все, что может понадобиться
клиенту в дороге. От новой машины до картофельных чипсов. Любой желающий
мог бы обменять свой автомобиль на новый с незначительной доплатой,
поесть, посмотреть кино, выпить пива и, залив полный бак, двинуться
дальше, благословляя этот маленький городок. По вечерам часть жителей
собиралась "У Роя". Поболтать, обменяться новостями, посплетничать, ну
