он визгливо выкрикивал, пока сражался со своими конвоирами,
характеризовали его как не по годам развитого.
- Мы поймали эту помойную крысу около дома, - объявил Мор-ам, не
обращая внимания на протесты мальчика.
- Видимо, хотел своровать что-нибудь, - добавила его сестра.
- Я не собирался ничего воровать! - воскликнул мальчик, пытаясь
вырваться.
- У_л_и_ч_н_а_я _к_р_ы_с_а_ Санктуария, которая не ворует? -
удивленно поднял бровь Джабал.
- Конечно, я ворую! - сплюнул оборванец. - Все воруют. Но я не
поэтому пришел сюда.
- Тогда почему ты пришел сюда? - требовательно спросил Мор-ам,
отпустив мальчишке такую затрещину, что тот растянулся на полу. -
Попрошайничать? Продавать свое тело?
- У меня послание! - завопил мальчик. - Для Джабала!
- Достаточно, Мор-ам, - приказал Джабал, неожиданно
заинтересовавшись. - Подойди сюда, мальчик.
Оборванец с трудом поднялся на ноги, помедлив только для того чтобы
стереть кулаком слезы, выступившие у него от злости. Он метнул взгляд,
полный откровенной злобы на Мор-ама и Марию, а затем приблизился к
Джабалу.
- Как тебя зовут, мальчик? - начал Джабал.
- Меня... зовут Манго, - оборванец стал заикаться, неожиданно оробев.
- Вы Джабал?
- Да, - кивнул тот. - Ну, Манго, где то послание, которое ты для меня
принес.
- Оно... Оно не написано, - пояснил Манго, бросив быстрый взгляд на
Мор-ама. - Я должен сообщить вам его устно.
- Очень хорошо, говори же, - торопил его негр, выказывая нетерпение.
- А также скажи, кто послал сообщение.
- Послание от Хакима, - выпалил мальчик. - Он велел мне сказать вам,
что у него для вас есть важная информация.
- Хаким? - нахмурился Джабал.
Старый рассказчик! Он частенько оказывал услуги Джабалу, когда люди
забывали, что он может не толика говорить, но и слушать.
- Да, Хаким. Он торгует рассказами на базаре...
- Знаю, знаю, - обрезал Джабал. По какой-то причине сегодня все
решили, что он ничего не знает о людях в городе. - Какая у него для меня
информация, и почему он сам не пришел?
- Я не знаю, что за информация. Но она важная. Настолько важная, что
Хаким прячется, опасаясь за свою жизнь. Он заплатил мне за то, чтобы я
привел вас к нему, так как чувствует, что эта информация будет особенно
ценной для вас.
- Привести меня к нему? - загрохотал Джабал, выходя из себя.
- Одну минуту, мальчик, - вмешался Салиман, впервые заговорив с того
момента, когда его доклад был прерван. - Ты сказал, Хаким заплатил тебе?
Сколько?
- Серебряную монету, - гордо объявил мальчик.
- Покажи ее нам! - приказал Салиман.
Рука мальчика исчезла в лохмотьях. Затем он заколебался.
- Вы ведь не отнимите не у меня? - спросил он с опаской.
- Покажи монету! - взревел Джабал.
Испуганный этим неожиданным взрывом, Манго протянул вперед кулак и
раскрыл его, показывая серебряную монету, лежащую у него на ладони.
Джабал вопросительно взглянул на Салимана; тот молча поднял брови в
удивлении, размышляя. Тот факт, что у мальчика действительно оказалась
серебряная монета, указывал на многое.
Во-первых, Манго, возможно, говорил правду. Уличные крысы редко когда
имеют больше нескольких медяков, поэтому серебряная монета попала к нему
от какого-то постороннего благодетеля. Если бы мальчик украл ее, он бы
сейчас сам прятался, торжествуя над своим злосчастным сокровищем, - а не
показывал бы ее открыто, как он это сделал только что.
Если предположить, что мальчик говорит правду, то информация Хакима
действительно должна быть ценой, а угроза для него реальной. Хаким был не
из тех, чтобы отдавать серебряную монету, не будучи уверенным в том, что
он сможет возместить потерю и получить солидную прибыль к тому же. Но даже
при всем при этом он не стал бы тратиться, а пришел с информацией сам,
если бы действительно не опасался за свою жизнь.
Все это пронеслось в мозгу Джабала, как только он увидел монету, а
реакция Салимана подтвердила его мысли.
- Очень хорошо. Посмотрим, что за информацию имеет Хаким. Салиман,
возьми с собой Мор-ама и Марию и иди вместе с Манго, чтобы отыскать
рассказчика. Приведи его сюда и...
- Нет! - воскликнул мальчик, перебивая. - Хаким лично передаст
информацию только Джабалу, которой должен прийти один.
- Что? - воскликнул Салиман.
- Это похоже на ловушку, - грозно произнесла Мория.
Джабал махнул им рукой, чтобы они замолчали, и уставился сверху вниз
на мальчика. Это могла быть ловушка. Тогда опять же в просьбе Хакима могла
быть скрыта иная причина. Информация могла касаться кого-то из окружения
Джабала! Убийцы... Или хуже того, осведомителя! Это объясняло нежелание
Хакима прийти в особняк лично.
- Я пойду, - заявил Джабал, поднимаясь и обводя комнату глазами. -
Один, с Манго. Салиман, мне понадобится твоя маска.
- Я хочу, чтобы мне вернули мой нож назад! - неожиданно потребовал
Манго.
Негр вопросительно поднял брови и посмотрел на Мор-ама, который
покраснел и вытащил из-за пояса короткий кинжал.
- Мы его отобрали у него, когда поймали, - пояснил боец. - Мера
предосторожности. У нас не было намерений его присваивать.
- Верни его, - засмеялся Джабал. - Я бы не отправил на улицы
Санктуария безоружным даже своего самого заклятого врага.
- Джабал, - пробормотал Салиман, отдавая свою ястребиную маску. -
Если это окажется ловушкой...
Джабал коснулся эфеса своего меча.
- Если это ловушка, - улыбнулся он, - они не заставят меня так легко
сдаться. Я выживал в битвах один против пятерых, и даже больше, на аренах,
прежде чем завоевал себе свободу.
- Но...
- Ты не последуешь за мной, - приказал Джабал железным голосом. - И
не разрешай другим следовать за мной. Тот, кто не послушается, ответит мне
за это.
Салиман хотел было что-то ответить, но увидев взгляд Джабала, кивнул
в молчаливом согласии.
Джабал украдкой изучал своего проводника, пока они выходили из
особняка и шли по направлению к городу. Хотя он и не показывал этого
открыто, но на него произвела впечатление сила духа мальчика во время их
короткой встречи. Один, безоружный, в гуще враждебно настроенных воинов...
Мужчины вдвое старше Манго дрожали и ползали в ногах при посещении Джабала
в его особняке.
Во многих отношениях, мальчик напоминал ему себя в юности. Драчун и
бунтовщик, лишившийся родителей, но имевший гордость и упрямство, которые
вели его по жизни, он был куплен на рабовладельческой плантации
инструктором гладиаторов, имевшим наметанный глаз на хладнокровных,
отважных борцов. Если бы вместо этого его купил какой-нибудь добрый
хозяин... Если бы кто-нибудь вмешался в сомнительную судьбу Манго...
Джабал с гримасой прервал подобные размышления, подумав о том, куда
они могут привести. Усыновить мальчика? Смешно! Салиман и другие подумали
бы, что он стал сентиментален на старости лет. Более того, его соперники
увидали бы в этом признак слабости, указание на то, что Джабал теперь не
тот железный гладиатор... Что у него есть сердце. Он мысленно вернулся
назад к своему убогому существованию в начале жизненного пути; мальчик
должен пройти то же самое!
Солнце было в зените и, казалось, дрожало в раскаленных струях
воздуха, пока Джабал следовал за мальчиком в город. Пот стекал из-под его
синей маски ястреба раздражающе тонкими струйками, но он через силу терпел
это неудобство, утираясь рукой. Мысль о том, чтобы снять маску, даже не
пришла ему в голову. Маски были необходимы для тех из его людей, кто
скрывался от закона; для маскировки их должны были носить все. Самому
нарушить собственное правило было немыслимо.
Пытаясь отвлечься от этого неудобства, Джабал начал осторожно
разглядывать встречных людей по мере приближения к базару. После того, как
они прошли по мосту и оставили позади себя хибарки Подветренной стороны,
качество одежды и манеры населения заметно улучшились.
Его взгляд упал на колдуна, и он был поражен звездой, вытатуированной
на лбу мужчины. Затем отметил, что маг был вовлечен в жаркий спор с
молодым, легко одетым бандитом, увешанным многочисленными ножами, рукоятки
которых угрожающе высовывались из ножен, прикрепленных к его поясу и
голенищам сапог.
- Это Литанде, - сообщил Манго, заметив его интерес. - Мошенник. Если
вам нужен колдун, есть получше... Дешевле.
- Ты уверен, что он мошенник? - спросил Джабал, изумленный
аналитическими способностями мальчика.
- Если бы он был настоящим колдуном, ему не нужно было бы носить меч,
- пояснил Манго, указывая на оружие, висящее на боку мага.
- Верно подмечено, - согласился Джабал. - А мужчина, с которым он
спорит?
- Заложник Теней, - высокомерно заявил мальчик. - Вор. Обычно он
работал на пару с Каджетом-Клятвенником, пока старого дурака не повесили.
- Колдун и вор, - задумчиво пробормотал Джабал, еще раз окидывая
взглядом двух мужчин. - Интересное сочетание талантов.
- Вряд ли! - саркастически усмехнулся мальчик. - Каким бы ни было
последнее дело Шедоуспана, оно оказалось прибыльным. Он сорит деньгами
направо и налево, поэтому вряд ли сейчас ищет новую работу. Думаю, Оли
спорят из-за женщины. Оба воображают, что являются подарком богов для
женской половины населения.
- Ты, кажется, хорошо осведомлен, - заметил Джабал, еще раз
подивившись познаниям мальчика.
- На улицах много чего услышишь, - пожал плечами Манго. - Чем ниже
занимаемое положение, тем большее значение имеет информация для того,
чтобы выжить... А таких, кто находится еще ниже, чем я и мои друзья,
немного.
Джабал размышлял над тем, что сказал мальчик, пока они пересекали
Распутный перекресток. Возможно, он упустил из виду важный источник
информации в лице уличных детей, когда создавал свою сеть осведомителей.
Может быть, они не так уж и много услышат, но возьмут количеством.
Сложенной воедино, информации от них могло быть достаточно для того, чтобы
подтвердить или развенчать слухи.
- Скажи, Манго, - обратился он к своему проводнику. - Ты знаешь, что
я хорошо плачу за информацию, не так ли?
- Все об этом знают, - оборванец повернул в сторону Лабиринта, легко
перепрыгнув через лежащую ничком фигуру, не потрудившись даже посмотреть,
был ли это спящий человек или мертвый.
- Тогда почему никто из твоих друзей не идет ко мне со своей
информацией?
Джабал осторожно перешагнул через помеху и настороженно гляделся
вокруг. Даже залитый ярким солнечным светом. Лабиринт мог быть опасным
местом для одинокого прохожего.
- Мы, _у_л_и_ч_н_ы_е _к_р_ы_с_ы_, крепко держимся друг за друга, -
бросил Манго через плечо. - Даже крепче, чем торговцы на базаре или те,
кто принадлежит к преступному миру. Тайны, которыми ты с кем-то
поделишься, перестают быть тайнами, поэтому мы приберегаем их для себя.
Джабал признал мудрость политики оборванца, но это только укрепило
его в решении завербовать детей.
- Переговори об этом со своими друзьями, - требовательно произнес он.
- Сытый желудок может... Куда мы идем?
Они оставили позади себя вечно сырой Серпантин и, свернули на улочку,
такую узкую, что Джабал вынужден был медленно продвигаться по тротуару,
следуя за мальчиком.
- К Хакиму, - ответил Манго, не сбавляя темпа.
- Но где он? - нажимал на мальчика Джабал. - Я не знаю этих крысиных
проулков.
- Если бы вы знали их, то это было бы неподходящим местом для
укрытия. Нам осталось еще немного.
Пока он это говорил, они вынырнули из муравьиного прохода на
