Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео
Aliens Vs Predator |#6|
Aliens Vs Predator |#5| I'm returning the supercomputer

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Велтистов Е. Весь текст 111.71 Kb

Классные и внеклассные приключения

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7  8 9 10

                            ТРОПИЧЕСКИЙ МОРОЗ


     В жизни наших героев произошло важное событие: они вышли на лед.
     Каждый, кто первый раз выходит на лед, знает, какое это  искусство  -
удержаться на ногах, какое чувство уважения испытывает  новичок  ко  всем,
кто стремительно летит вперед и не падает.
     Когда Одноух шлепнулся, ему показалось, что Земля  перевернулась.  Он
моментально развязал зубами шнурки, скинул  ботинки,  вцепился  когтями  в
лед. Кто-то подтолкнул неудачника сзади,  и  он  проехал  десяток  метров,
оставив на льду глубокие царапины.
     Дыркорыл тоже струсил, снял ботинки и вдруг легко и плавно заскользил
на острие копыт.
     Ребята ахнули: вот это фигурист, собственные лезвия изобрел!
     Дыркорыл  катил  и  катил,  никак  не  мог  остановиться.   На   него
надвигалось толстое дерево. Пришлось тормозить четырьмя лапами и пятачком.
     Тормозить по-настоящему ребята его  научили.  И  делать  повороты.  И
ехать задом наперед. На коньках, конечно. Не станешь  ведь  точить  каждый
день собственные копыта.
     Талантливый оказался фигурист, не из пугливых.
     А Одноух долго привыкал к  конькам.  Сделает  два  шага  и  робеет  -
падает.  Ребята  берут  его  под  лапы,  разгонят  и   отпускают.   Одноух
зажмуривает глаза, летит вперед. Раз - и шишка!
     Не одну шишку набил Одноух, пока стал конькобежцем.
     А любой конькобежец, почувствовав себя уверенно  на  льду,  сразу  же
становится хоккеистом. Два  обыкновенных  предмета  -  клюшка  и  шайба  -
неузнаваемо преображают человека. У него появляется  важная  цель:  забить
шайбу!
     Одноуха словно подменили: он  как  тигр  бросался  к  чужим  воротам,
сшибал противников, одну за другой ломал клюшки.
     Дыркорыл  избрал  другие  приемы:  быстроту  в  беге,   виртуозность,
неожиданные броски. В азарте игры никто не замечал, как  здорово  помогает
ему вертящийся пропеллером хвост.
     Отличная получилась пара нападающих!
     В  воскресенье  играли   дворовые   команды.   Мороз   не   остановил
болельщиков, у катка собрались и ребята, и взрослые. Команды были сборные:
честь двора защищали игроки от первого до седьмого классов.
     Свисток!
     И тотчас определились лидеры.  В  одной  команде  -  грозный  Вага  с
самодельной тяжеленной клюшкой, в другой - лихие первоклассники  Одноух  и
Дыркорыл. Вага, опытный игрок, с ходу сделал несколько голов. Но он  хотел
быть героем, играл один, не обращая внимания на свою команду и на сердитые
реплики отца.
     Одноух и Дыркорыл атаковали вместе.  Один  применял  силовые  приемы,
второй подхватывал шайбу и бил. Бил  из  любого  положения.  Бил  клюшкой,
коньком, пятачком.
     И забил именно пятачком, лежа перед чужими воротами, решающую шайбу.
     Болельщики кричали и спорили, обсуждая  необычный  гол.  Но  в  каких
правилах сказано, что нельзя подправить шайбу носом?!
     Вага рассердился, стукнул Одноуха и был удален. Вместо него  на  поле
вышел Вага-старший, отдал приказ своей команде: "Будем играть дружно!"
     От толстого повара чужие игроки отлетали, как  горох  от  стенки.  Но
отец Ваги был в валенках, бегал неуклюже, и ребята опережали его.
     Вслед за поваром на поле устремились другие отцы. На минуту  брали  у
сыновей клюшку и увлекались игрой. Вскоре основной состав был оттеснен  за
барьер, превратился в болельщиков.
     Трещали клюшки и ворота. Игроки сбросили  пальто,  полушубки,  шапки.
Двор стеной шел на двор.
     - Товарищи,  что  происходит?  -  прозвучал  строгий   голос   Тамары
Константиновны. - Такой мороз, а ребята без пальто.
     - Какой  мороз?  -  удивился  отец  Ваги,  вытирая  пот  со  лба.   -
Тропическая жара, дышать нечем!
     - Точно, Тамара Константиновна,  -  подтвердили  Одноух  и  Дыркорыл,
стуча зубами. - Тропический мороз...
     - Они   схватят   воспаление   легких!    -    предупредила    Тамара
Константиновна.
     Нехлебов смутился, пробормотал:
     - Совсем мужики впали в детство... - Накинул на Одноуха  и  Дыркорыла
полушубок, схватил их в охапку,  побежал  к  подъезду.  -  Сейчас  же  под
горячий душ!..
     Отец Ваги пощупал уши сына, нахлобучил на него свою шапку.
     - И верно - мороз. Пошли оттаивать...
     А больше всех, пожалуй, замерз одинокий болельщик на дереве.
     В азарте игры о Картине все забыли. Да и что она могла? Клюшку клювом
не удержишь, а уж о коньках и думать нечего.
     Картина очень обрадовалась, когда услышала призыв из  форточки:  пора
домой!
     В ванной наши  нападающие  распарились,  с  удовольствием  вспоминали
забитые голы.
     - Скажи, - спросил Одноух отца, - а это хорошо - впадать в детство?
     Нехлебов рассмеялся:
     - Замечательно! Подрастешь -  узнаешь.  Только  теперь  будем  играть
вместе.
     А Картина, как ни старалась, не могла вспомнить свое детство. Как она
выглядела? Маленькой глупой вороной? Трудно себе представить...  Ведь  это
было почти двести лет назад.
     И ей очень захотелось вернуться в свое  детство.  Но  что  для  этого
сделать? Может быть, поступить в первый класс?


                           ВЕСЕННЕЕ НАСТРОЕНИЕ


     Весна снижает оценки даже у отличников.
     В дневниках погоды, который каждый день ведут школьники, светит вовсю
солнце, увеличивается долгота  дня,  но  времени  на  уроки  почему-то  не
хватает. Рядом с пятерками появляются четверки и даже трояки.
     Дыркорыл каждое утро встречал с какой-то  особой  радостью,  бежал  с
хорошим настроением в школу, а Одноух, наоборот, еле передвигал ноги,  тер
лапкой красные глаза, зевал на уроках.
     - Ты спишь на ходу? - спросил на перемене Дыркорыл приятеля и дал ему
подножку. - Не видишь - Ирка идет?
     Ира сидит на парте перед нашими отличниками.
     У нее такая длинная пушистая коса, что Одноух иногда  не  выдерживал,
дергал тихонько - привет, мол; но Ирка на него ни разу не пожаловалась.
     Дыркорыл не  позволял  себе  таких  вольностей.  А  сейчас  почему-то
обратил на Ирку внимание: такая была она солнечная и сияющая у  раскрытого
окна.
     От подножки Одноух растянулся на полу,  Ира  улыбнулась,  а  Дыркорыл
вдруг почувствовал, как бешено стучит его сердце.
     С этой минуты Дыркорыл стал совершать неожиданные поступки.
     Он вызвался идти за хлебом, хотя очередь была Одноуха. Тот немедленно
согласился, прилег на мягкий диван.
     В магазине Дырк не подошел к прилавку с хлебом, а замер у  стеклянной
витрины, наблюдая, не идет ли по улице Ира.
     Она  прошла  мимо  витрины.  Дыркорыл  выскользнул  из  магазина,   с
равнодушным видом поплелся за девчонкой.
     Видит: стоит Ира посреди двора и,  задрав  голову,  смотрит  в  небо.
Дыркорыл тоже задрал свой пятак  и  не  заметил  ничего  особенного  -  ни
вертолета, ни  воробья,  ни  знакомой  Картины,  ничего,  кроме  слепящего
солнца.
     Дыркорыл стукнул девочку по плечу:
     - Ты чего, Ирка?
     Она  оглянулась,  засмеялась:  "Ничего!"  -  и  побежала  за  дерзким
поросенком.
     Они стали бегать и  прыгать  как  сумасшедшие.  А  за  ними  какой-то
мальчишка увязался. Он размахивал руками и кричал: "Я  вот  вам...  я  вот
вам..." И все они хохотали.
     Дыркорыл взбежал на горку и прыгнул вниз.
     Искры брызнули из глаз. На мгновение прыгун даже потерял сознание. Но
тут же вскочил, побежал опять прыгать.
     А Ира опять смотрит в небо. Там, в самой  вышине,  парит  белоснежная
птица.
     - Это  Картина?  -  спрашивает  девочка.  И  после  кивка   Дыркорыла
продолжает: - Так я завидую вам! Приятно иметь такого друга.
     Дыркорыл чуть не брякнул: "А со мной разве не интересно дружить?"
     Но вместо этого закричал в самое небо:
     - Картина! Картина! Спускайся! Давай с нами играть!
     Картина не обращала на них никакого  внимания,  продолжая  кружить  в
лучах заходящего солнца. Сейчас она была розовой вороной.
     - Что с ней? - спросила девочка. - Она не слушает тебя?
     Дыркорыл  лишь  вздохнул,   не   понимая,   что   случилось   с   его
приятельницей.
     Картина прекрасно наблюдала все  сверху,  слышала  летящие  голоса  и
делала вид, что ничего не замечает. Конечно, можно и поиграть с девочкой и
мальчиком. Но разве это решит самую важную для нее проблему? Как  побороть
в себе десятилетия гордого одиночества? Как быть полезной людям? Как стать
счастливой?
     Картина думала, думала и ничего не могла придумать...
     Иру окликнули, она ушла домой.
     Дыркорыл долго стоял посреди двора  и  смотрел  на  Ирины  окна.  Ему
казалось, что она вот-вот выйдет и снова начнется веселая  карусель  бега.
Но Ира не вышла.
     Хлеб Дыркорыл прозевал: магазин закрылся.
     Отец, конечно, сделал выговор Одноуху. Тот, лежа на диване, приоткрыл
один глаз, сказал:
     - Я не виноват. Просто Дыркорыл влюбился.
     Дыркорыл подпрыгнул на месте, покраснел до самого кончика хвоста.
     - Я пробежал тысячу километров, пока ты спал, а хлеба нигде нет.
     - Влюбленный поросенок, - хихикнул Одноух. - Сотри грязь с пятачка.
     - Дохлый заяц! - не выдержал Дыркорыл, дернув обидчика за ухо.
     Одноух вскочил, принял боксерскую позу:
     - За зайца ответишь!
     Драчунов разнял Нехлебов. И объяснил, что влюбленным имеет право быть
каждый, кто не дерется, не ругается и вовремя учит уроки. Но сейчас - луна
уже светит в окно, а в дневниках еще не нарисовано солнце.
     Одноух пробудился от спячки. Он писал в тетради и с тоской поглядывал
на луну. Так приятно запахнет скоро свежей зеленью. Покататься  бы  сейчас
по траве, поточить о  молодую  кору  зубы.  Может,  и  ему  в  кого-нибудь
влюбиться, стать благородным и чуть сумасшедшим человеком? Но в кого?
     Одноух зевнул, огляделся, увидел пустой балкон.
     Сегодня все какие-то шальные. Даже Картина загулялась, не вернулась в
свое гнездо.


                            СЕЛЬСКИЙ ПОЧТАЛЬОН


     В Ершах объявился необычный почтальон.
     Тридцать лет по сельским дорогам гоняла на велосипеде и  мотоцикле  с
сумкой через плечо тетя Наташа, и веселого быстрого почтальона знал каждый
мальчишка.
     Но вот не только педали, но и собственные ноги стали  тяжеловаты  для
тети Наташи, она собралась на пенсию.
     Ждали нового почтальона из центра. Газеты и письма в Ершах  разносили
школьники. Тетя Наташа  сортировала  почту,  диктовала  в  далекие  пункты
телеграммы по телефону.
     В свободные минуты почтальонша сидела у окна и беседовала  с  большой
белой птицей.
     Картина облюбовала себе дерево возле почты.
     Напротив почты находился универсальный магазин, и из него то  и  дело
неслась бравая музыка. Музыкальную страсть Картины  сразу  подметила  тетя
Наташа. Почему-то ей показалось, что белая ворона обосновалась возле почты
именно из-за музыки.
     - Что больше нравится? - интересовалась  тетя  Наташа.  -  Марши  или
вальсы?
     Ворона кивнула.
     - А мне гармошка,  -  призналась  почтальонша.  -  Знаешь,  как  я  в
молодости частушки пела? Ты небось видела.
     Картина помнила и залихватские переборы  гармони,  не  смолкавшие  на
деревенской улице до рассвета, и частушки со смехом и притопами.
     Из дверей магазина  вылетели  резкие  ритмичные  звуки,  смешались  с
грохотом проехавшего грузовика, застряли в шлейфе пыли.
     - Верка! - грозно позвала тетя Наташа, и, когда на крыльце показалась
ее дочь, потребовала: - Отключи громыхалку. Поставь нам вальс.
     Продавец Вера пожала плечами, удалилась за  стеклянный  прилавок,  но
пластинку все же переменила.
     Волны вальса понеслись по улице, уплыли в небо, и голубоглазая ворона
взмахнула белоснежными крыльями.
     - В почтальоны не пошла, - критиковала дочь тетя Наташа. -  Культурой
обслуживания занялась. А какая у нее культура? Один джаз в голове.
     - Ну что вы,  мамаша,  говорите?  -  отвечала,  услышав  критику,  из
открытого окна Вера. - Ценники на виду, все  люди  грамотные.  Нашли  кому
жаловаться - сороке.
     - Я тебе в книге жалоб запись  сделаю!  Слышь,  Верка?!  -  крикнула,
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7  8 9 10
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама